Шесть лет работы на угольной шахте, эвакуация с тремя сыновьями и слезы в очереди за первой гуманитарной помощью. Война заставила жительницу Васильевского района кардинально изменить жизнь. Переехав в прифронтовое Запорожье, женщина смогла превратиться из машиниста подъемной установки во владелицу кабинета аппаратной косметологии. Помогли настойчивость, поддержка родных и девять выигранных грантов.
О кардинальной смене профессии после шахты, адаптации в прифронтовом Запорожье и создании собственного бьюти-бизнеса с нуля — читайте в интервью Анжелы Краснюк для Inform.zp.ua.
— Расскажите о себе. Откуда вы родом?
— Я родом из Запорожской области, Васильевский район. Сейчас это оккупированная территория. Жизнь заставила нас переехать сюда с детьми. Поэтому пока обустроились здесь, в Запорожье, жизнь пришлось начинать сначала. Было тяжело, но, слава Богу, за четыре года уже имею собственное дело. Жизнь продолжается.
— Выехали в начале войны?
— Да, в первые месяцы. Я выехала в апреле 2022 года.
— Чем вы занимались до войны? Сколько лет проработали по предыдущей специальности?
— До войны я шесть лет проработала на шахте. Три из них — непосредственно в самой шахте, под землей, а три до этого работала на поверхности. Работа была физически тяжелой. В самой шахте, возможно, не так физически, но там сырость, что влияет на здоровье. Я была машинистом подъемной установки и сигналистом. К бьюти-сфере не имела никакого отношения.
— Это вы работали по образованию?
— Высшего образования у меня нет. У нас просто особо негде было работать. Шахта считалась самой перспективной работой. У меня трое детей, когда они немного подросли, я устроилась туда, потому что их нужно было кормить. Большого выбора профессий там не было. Это было очень крупное предприятие.
— Трудно ли было перестроиться с тяжелого физического труда на интеллектуальную и эстетическую сферу?
— Для меня самым тяжелым был сам переезд. А то, что между профессиями большая разница… Я люблю работать с людьми, это мое. Поэтому переход именно в профессии не был трудным. Мне это нравится, я нахожу общий язык с клиентами.
— Что было самым трудным в переезде? Как вы приняли это решение?
— У нас острая фаза была с первых дней. Мы приняли решение, что нужно вывозить детей — у меня три сына. Тяжело было оставлять родителей, они там остались. Но сам путь мы преодолели спокойно, под обстрелы не попали. Ангел-хранитель уберег, выехали на собственной машине. Морально было очень сложно.
— Как вы прожили два месяца в оккупации?
— В основном сидели дома тихонько. Все боялись. Я в начале полномасштабного вторжения как раз была в отпуске. Тяжело было не от того, что не ходишь на работу, а морально — от самой ситуации. Страшная неизвестность: что дальше, куда идти.
— Как начался ваш путь в бьюти-сфере в Запорожье?
— Я приехала в апреле, а работать начала в августе. Работы по моей специальности здесь точно не было. У моей тети была студия восковой и лазерной эпиляции. Она мне предложила, я прошла у нее курсы и начала работать. Со временем у моего старшего сына начался переходный период, появились проблемы с кожей лица. Средств на дорогих косметологов не было. Поэтому я начала интересоваться этой информацией и решила пройти обучение на косметолога. Медицинского образования у меня нет, поэтому я эстетист (аппаратная эстетическая косметология, — ред.). Толчок дал сын — нужно было спасать ему лицо. Теперь решаю проблемы других людей. Очень благодарна тете, что она дала мне такой хороший старт.
— Как вы финансово справлялись в первые месяцы после переезда?
— Было очень тяжело. Мы жили на государственные выплаты ВПЛ и гуманитарную помощь. Нас сначала пустили жить родственники, мы платили только за коммунальные услуги. Но свою первую гуманитарную помощь возле «Козак-Палаца» я помню до сих пор. Передо мной стояло человек 150, и за мной еще больше. Я стояла и плакала. У меня были слезы от того, что я привыкла всего добиваться сама, ни у кого ничего не просила. Это было очень тяжело морально. Но выбора не было, нужно было кормить троих детей. Со временем я начала работать, мы арендовали отдельное жилье. Я не могу сидеть и ждать, что кто-то что-то принесет.
— Как вы перешли от работы у родственницы к собственному кабинету?
— Я постоянно училась. За эти годы в ее салоне я наработала клиентскую базу. Затем салон тети закрылся в 2024 году. Поскольку у меня уже были свои клиенты и собственное оборудование, не было смысла идти работать на кого-то другого. Было тяжело, сначала зарабатывала только на аренду помещения. Но постепенно все наладилось. Сейчас я арендую кабинет в центре города.
— Расскажите о грантах. Они помогли вам стартовать?
— Да. Многое из моего оборудования куплено именно за грантовые средства. В целом у меня было девять грантов. В прошлом году — шесть (три на обучение и три на оборудование), в этом году уже выиграла один от «Каритас». Первый грант был от Датского совета по делам беженцев — они оплатили мне обучение по электроэпиляции, более 20 тысяч гривен, и купили аппарат. Общая сумма составила более 40 тысяч. Также очень помогли ОО «Укрпростір» (проект «Форсаж») и организация «Мрія». Они не просто дают деньги, там есть менторство: тебя учат, как составлять бизнес-план, как вести дело. Начинать с нуля, без финансовой подушки, было бы почти нереально без грантовых программ.
— Сколько в целом вы инвестировали в свое обучение?
— Если подсчитать все курсы, то более 100 тысяч гривен. Это вместе: и мои средства, и грантовые. Только последнее обучение по перманентному макияжу стоило 20 тысяч. Это дорого, но это инвестиция в будущее, без этого никак.
— Какие услуги вы сейчас предоставляете и кто ваши клиенты?
— Это аппаратная эстетическая косметология, чистки, массажи, омолаживающие процедуры, коррекция фигуры, восковая, лазерная и электроэпиляция, перманентный макияж. Наибольшим спросом пользуется эпиляция. Клиенты — и местные, и ВПЛ. Возрастная категория разная. База стабильная — до 30 постоянных клиентов.
— Как вы находите клиентов? Помогают ли соцсети?
— Соцсети — это моя боль, как нож в сердце. Я не умею их вести, мне лучше вживую пообщаться с человеком. Из соцсетей пришло очень мало людей. Почти все мои клиенты — это «сарафанное радио», по рекомендациям.
— Как вы работаете в прифронтовом городе во время взрывов?
— Как-то ехала в маршрутке и увидела, как сбили «Шахед». Посмотрела и еду дальше. А потом думаю: мы уже дожились до того, что просто привыкли. Уже по звуку различаем, то ли это «Шахед» взорвался, то ли РСЗО летит. Страшно от того, что мы к этому привыкли. Но просто нет времени на это реагировать. Надеемся на Бога и Ангела-хранителя и работаем дальше. Выбора нет.
— Были моменты, когда опускались руки?
— Были. Иногда пойду куда-нибудь в уголок, поплачу немного, потом встаю и иду дальше. В начале бывало такое, что я приезжала ради одной клиентки и работала в убыток — тратила на дорогу и материалы больше, чем зарабатывала. Но я настраивала себя, что сразу миллионов не заработаю.
— Какова ваша главная цель сейчас?
— Моя цель — расширить собственное дело до полноценного салона, дать работу другим людям. Со временем приобрести собственное жилье. А самый главный стимул — это мои дети, которых нужно поднимать. Кроме меня этого никто не сделает. Поэтому у меня есть цель и я иду к ней.
Больше о работе Анжелы Краснюк, перечне косметологических услуг и жизни ее бьюти-пространства можно узнать на странице кабинета в Instagram.
Читайте также:
- От 500 детей до 200: как выживает образование прифронтовой Преображенской общины.
- Рост онкологии и стресс: главврач из Преображенской громады рассказала о здоровье ВПЛ в Запорожье.
- «Люди резали свиней, чтобы кормить военных»: интервью с главой Преображенской громады о начале большой войны и восстановлении.
📢 Inform.zp.ua работает, чтобы вы знали правду. Мы ежедневно собираем важные новости о Запорожье, оккупированных территориях и жизни в регионе. Если наша работа важна для вас, поддержите редакцию донатом – ваша помощь позволит нам продолжать писать для вас! ❤️ Поддержать: по ссылке👈